Осетинский феномен в истории Терского казачьего войска (Газета «Пульс Осетии» №21, май 2018)

Одной из особенностей социальной структуры России периода XIX – начала XX вв. является существование казачьего сословия.

Наличие казачества настолько специфическое явление, что без него познание дореволюционной, революционной и советской (первых лет ее существования) истории не может носить достаточно всесторонний характер. К концу XIX в. в стране насчитывалось 11 казачьих войск: Амурское, Астраханское, Донское, Забайкальское, Кубанское, Оренбургское, Сибирское, Семиреченское, Терское, Уссурийское, Уральское. В таком составе казачьи области сохранялись вплоть до февраля 1917 г. В период деятельности Временного правительства возникли еще два самостоятельных казачьих войска: Енисейское и Иркутское. Сами названия казачьих войск свидетельствуют о широте территорий, на которых проживали казаки, говорят о том, что изучение казачьей проблемы имеет далеко не местный характер, а представляет значительный интерес в масштабе страны.
Между тем вопрос о численности и составе казачества в конце XIX – начале XX вв. – одном из важных аспектов социально-экономического развития, – не был предметом специального изучения советских историков и демографов. В литературе имеются лишь разрозненные сведения по отдельным казачьим областям.

Особый интерес представляет собой вопрос национального состава казачества. Большинство российского казачества считалось русским, но в его составе имелись и представители других национальностей: украинцы, буряты, калмыки, татары, осетины, черкесы и др. В Российской империи в документах граждан упоминалась не национальность, а родной язык. Обратимся к переписи 1897 года. В Терском казачьем войске на это время было 167301 человек казачьего населения. Из них русский язык родным назвали 145508 человек, украинский – 16329, калмыцкий – 2727, белорусский – 586, татарский – 252, другие – 2932. В последнем числе большинство принадлежит казакам-осетинам, игравшим значительную роль в истории Терского казачьего войска (ТКВ).

В дореволюционный период вопросу деятельности осетин в ТКВ уделялось довольно мало внимания ввиду того, что изучалась лишь общая история Терского казачьего войска. Конкретно этой теме была посвящена лишь работа З. Сосиева «Станица Черноярская», опубликованная первоначально в газете «Терские ведомости», а затем в «Терском сборнике». В cоветское время долгие годы тема истории казачества оставалась под запретом. Лишь некоторые работы косвенно затрагивали вопросы осетинского казачества. Среди них – «Переселение осетин с гор на плоскость» Б. Березова и «Моздокские осетины» Б. Калоева. В последнее время эта тема рассматривалась в книгах Г. Дзагуровой «Под российскими знаменами» и «Осетины в войнах России», Ф. Гутнова «Время и люди». Несколько десятков статей о казаках-осетинах опубликовал Ю. Запоев. При всем этом данную тему вполне можно назвать малоизученной. Из всей истории осетинских казачьих станиц наиболее малоизвестным оказался период начала XX века. В связи с этим более подробно рассмотрим вопрос места и роли казаков-осетин в Терском казачьем войске вплоть до 1914 года и участие их в Первой мировой войне. Именно в этот период наибольшее количество казаков-осетин стали офицерами и достигли генеральских чинов. Достаточно сказать, что за всю историю в рядах Терского казачьего войска 12 уроженцев станиц Черноярской и Новоосетинской стали генералами, из них трое до 1914 года (Казьма Занкисов, Бейбулат Тургиев, Заурбек Тургиев), один в течение Первой мировой войны (Эльмурза Мистулов), остальные во время Гражданской войны (Владимир Агоев, Константин Агоев, Иван Хамилонов, Яков Хабаев, Александр Сабеев, Василий Бегиев, Георгий Татонов и Лазарь Бичерахов).

Первые тесные связи горцев с казачьим населением Терека относятся к XVI веку, когда появились станицы Гладковская, Курдюковская и Щедринская. С этого времени численность станичников увеличивалась за счет не только беглых крестьян, но и горцев. Со многими горскими обществами казаки поддерживали тесные экономические связи. Известно, в частности, что осетины имели довольно оживленную торговлю со станицами Щедринской и Червленной. Но самое тесное сотрудничество осетин и терских казаков началось с XVIII века, когда был основан Моздок. Первые осетины-горцы появились в Моздоке в 1764 году, т. е. уже через год после основания крепости. В это время здесь проживало 6 осетинских семей. В 1785 году в Моздоке уже насчитывалось 223 осетина, составлявших 88 семейств. Со дня появления первых осетин в Моздоке их стали привлекать к воинской службе. В 1764 году была сформирована горская команда из осетин и кабардинцев для несения охранной службы. Некоторые из них впоследствии стали офицерами и были награждены боевыми наградами.
Начиная с XIX века, к первой группе переселенцев-осетин, именовавшихся «цайта», прибавилась вторая группа – осетин-ерашти из дигорского общества. Как и цайта, ерашти переселились на равнину по причине дефицита земли и притеснения местными феодалами.
Первыми переселенцами из Дигории, основавшими в 1804 году в 25 километрах от Моздока поселение Черноярское, стали братья Кургосовы – капитан русской службы Тавсурко и священник Алексей.
Вслед за Кургосовыми в Черноярское быстрыми темпами стали переселяться и другие семьи из Дигорского ущелья, а также осетины-иронцы. Уже спустя год поселение насчитывало 40 дворов.

Через пять лет после основания Черноярского на моздокскую равнину переселилось селение Масыгкау Дигорского общества. В трех километрах от Черноярского они построили селение, названное Ново-Осетинское, но в народе долгое время хранилось название «Масыгкау».
Первоначально дигорские переселенцы несли службу на охранных постах, пока в 1824 году не произошло знаменательное событие – поселения Черноярское и Ново-Осетинское были переименованы в станицы, а их жители причислены к казакам. С этого времени казаки-осетины на равных со всеми терцами участвовали во всей деятельности Терского казачества. В 1850 году в двух станицах было 207 дворов, а в 1900 году – 533 двора. Кроме этого, при осетинских станицах существовали еще хутора Тускаева, Елбаева, Гокинаева, Аркалова, Савлаева.
Здесь стоит отметить, что до 1824 года еще не существовало не только Терского войска (образовалось в 1860 году), но даже и Кавказского линейного войска (образовалось в 1832 году). Будущее Терское войско именовалось «Поселенные на Кавказской линии». В 1824 году по инициативе Главнокомандующего на Кавказе генерала А. Ермолова из Моздокской горской команды, казаков Луковской станицы, нескольких русских и осетинских селений (переименованных в станицы) и Екатериноградской станицы был образован Горский казачий полк. В 1870 году он был объединен с Моздокским полком в Горско-Моздокский казачий полк. В большинстве своем в этих частях и служили казаки-осетины станиц Черноярской и Ново-Осетинской.

Сейчас трудно сказать, чем руководствовался генерал Ермолов, зачислив в казаки осетин. Возможно, это была попытка привлечь на свою сторону некоторую часть горцев. Будущее показало, что генерал Ермолов очень прозорливо увидел в осетинах «цайта» и «ерашти» верных союзников на долгие годы.
При том, что большинство населения станиц Черноярской и Ново-Осетинской были потомками переселенцев-дигорцев, среди них встречались и выходцы из других обществ. Например: Цаллаговы из селения Унал Алагирского ущелья, Белаевы и Тотиевы (ставшие Латышевыми) – из Нарской котловины. Некоторые из беглых осетин, опасаясь преследования своих феодалов, записались на русские фамилии – Ивановы, Горчашевы и другие. Также стоит отметить, что почти все из переселенцев осетин-мусульман крестились, и лишь некоторые сохранили прежнюю веру (Тургиевы, Мистуловы). Всего в осетинских станицах проживало более 70 фамилий. Некоторые фамилии насчитывали одну семью, другие – несколько десятков.
Отдельные фамилии проживали в обеих станицах.

Примечателен и тот факт, что, несмотря на неоднократные перемещения казачьего населения на Северном Кавказе, казаки-осетины смогли сохранить компактность проживания, при этом оставаясь неотъемлемой частью всего казачества.
Военная доблесть, лихость, удаль, беззаветная отвага и решимость – победить или умереть – все эти качества объединяли казаков и осетин. Военное дело стало основным ремеслом уроженцев станиц Черноярской и Ново-Осетинской. Уже в 1843 году, в первом для себя большом сражении, черноярцы продемонстрировали качества настоящих воинов – отвагу, храбрость и мужество. 3 марта 1843 года, отражая нападение отряда одного из наибов имама Шамиля в районе Моздока, погибла почти вся осетинская казачья сотня. В 1903 году в память об этом событии был сооружен памятник, на котором были запечатлены имена погибших героев: Степан Гажеев, Махамат Агоев, Гаса Гульдиев, Заурбек Гогинаев, Гаппо Тускаев, Иналук Гацунаев, Сабан Тугуров, Масарби Сеоев, Дохчико Кокиев, Кубади Байтуганов и другие.
В составе Горского и Моздокского полков казаки-осетины участвовали в многочисленных походах и сражениях во время Кавказской войны, в русско-турецкой войне 1828–1829 гг., в походе на Польшу в 1831 году, в Восточной войне 1854–1856 гг. и в русско-турецкой 1877–1878 гг. Казаки-осетины отличились и в русско-японской, и Первой мировой войнах.

В 1912 году в станице Черноярской насчитывалось 298 казачьих дворов и 4 – иногородних, в Ново-Осетинской – 280 и 4 иногородних. Всего в них проживало: в Черноярской – 2028 казаков, 10 – иногородних, в Ново-Осетинской – 2036 казаков и 8 иногородних. При Черноярской был один хутор, насчитывающий 39 дворов, а в Ново-Осетинской три хутора, имеющие 41 двор.

На апрель 1913 года в Терском казачьем войске служило 338 офицеров, из них русских было 256, остальные 72 – представители кавказских народов. Из этих 72 – три ингуша (приписные казаки: полковник Нальгиев и его сыновья), один армянин (генерал Арютинов), остальные осетины. Если учесть, что много терских казаков служило в Кубанском казачьем войске (около 40 генералов и офицеров), в других казачьих войсках и различных частях русской армии, то получается, что к началу Первой мировой войны на службе находилось около 400 генералов и офицеров-терцев. Из них осетином (уроженцем двух из семидесяти станиц ТКВ) был примерно каждый четвертый. На июль 1914 года (начало Первой мировой войны) они были распределены по всем терским частям.

Из полков Терского казачьего войска больше всего офицеров-осетин служило в 1-м Горско-Моздокском полку. Здесь служили есаулы Сафрон Кибиров, Алексей Сосиев, Владимир Гапузов, Гаппо Тускаев, подъесаулы Иван Елоев, Александр Хабалов, Георгий Тугуев, Иван Гапузов, Сергей Сабеев, Александр Цугулиев, Лазарь Бичерахов, сотники Георгий Доцев, Сергей Тускаев, Тимофей Загиев, Георгий Сабеев, Гавриил Цугулиев, Михаил Сосиев, хорунжие Александр Агоев, Борис Галаев, Владимир Сосиев.
В 1-м Волгском полку ТКВ служили полковник Александр Тускаев, есаулы Василий Бегиев и Георгий Цугулиев, подъесаулы Константин Лотиев и Владимир Агоев, сотники Владимир Гажеев, Константин Гульдиев и Константин Агоев, хорунжие Владимир Кулов и Георгий Цугулиев.
В рядах 1-го Сунженско-Владикав-казского полка ТКВ числились: войсковой старшина Эльмурза Мистулов (командир кадра 2-го Сунженско-Владикавказского полка), есаул Василий Тускаев, подъесаул Татархан Абисалов, сотники Николай Тускаев, Петр Сеоев, Дзанчек Мистулов, хорунжие Даниил Сеоев и Яков Гацунаев. А в 1-м Кизляро-Гребенском полку находились: подъесаулы Павел Кибиров и Петр Занкисов, сотник Василий Карданов, хорунжие Владимир Хатаев и Максим Занкисов.

Командиром 1-й бригады 1-й Кавказской казачьей дивизии был генерал-майор Заурбек Тургиев. Постоянно казаки-осетины служили в главной войсковой части России – Императорском Конвое. На 1914 год в Конвое находился подъесаул Григорий Татонов. Здесь стоит отметить, что за все время существования Императорского Конвоя (если брать период с 1811 года) его Терские сотни возглавляли есаулы Дмитрий Абациев, Александр Тускаев и Григорий Татонов.
В комплекте полков ТКВ (иначе говоря, находились в запасе) состояли: подъесаул Владимир Занкисов, хорунжие Константин Цаллагов и Григорий Валаев.
В Терской области на административных должностях находились подъесаул Павел Байтуганов – старший помощник атамана Моздокского отдела ТКВ, подъесаул Василий Пиев – помощник старшего адъютанта управления Моздокского отдела ТКВ и хорунжий Владимир Вариев – помощник начальника 2-го участка Назрановского округа.

Целый ряд офицеров-осетин ТКВ служили в различных частях русской армии. В Кубанском казачьем войске это есаулы Иван Гулуев, Архип Белаев, Александр Сосиев, подъесаулы Георгий Хутиев и Петр Галаев. В Забайкальском казачьем войске находились есаулы Иван Хамилонов и Александр Сабеев. В Дагестанском полку служили подполковник Яков Хабаев, ротмистр Даниил Хабаев и штаб-ротмистр Георгий Кибиров, а в Осетинском конном дивизионе – штаб-ротмистр Николай Гуржибеков и прапорщик Николай Цаллагов. Старшим адъютантом штаба 13-й кавалерийской дивизии был штабс-капитан Георгий Татонов. Кстати, Георгий Татонов и Георгий Хутиев единственные из осетин-казаков, окончившие Академию Генерального штаба (во всем Терском войске таких офицеров было всего несколько человек). В Кавказском запасном кавалерийском дивизионе служил штаб-ротмистр Иван Хабаев. В рядах 17-го драгунского Нижегородского полка были поручик Константин Тускаев и корнет Михаил Хабаев. Офицером-воспитателем в Николаевском кавалерийском училище Санкт-Петербурга служил подъесаул Абубекир Тургиев. По управлению Государственного коннозаводства числились полковник Петр Тускаев и поручик Андрей Вазагов.

В других частях русской армии служили подполковник Хабалов, ротмистр Александр Гуцунаев, есаулы Арсений Мистулов и Василий Кубатиев, штаб-ротмистр Константин Гуцунаев, военный топограф штабс-капитан Загалов, сотник Семен Хамилонов.
В первые же дни начала Первой мировой войны ряд отставных офицеров ТКВ вновь были приняты на службу. Это войсковой старшина Василий Цугулиев, подполковник Гуржибеков, есаулы Захар Сосиев, Александр Гажеев, подъесаулы Петр Валаев, сотник Хаджи-Омар Мистулов. Кроме этого, в связи с началом войны, из военных училищ состоялся выпуск тех, кто должны были окончить училища в следующем году. Таким образом, ряды терских полков пополнили хорунжие Николай Хатаев, Иван Тускаев, Николай Мугуев и Андрей Хозиев. Это был последний «нормальный» выпуск офицеров. Все последующие выпуски – военного времени с производством в прапорщики из военных училищ (после четырехмесячных курсов) и школ прапорщиков.
Среди офицеров военного времени также было много казаков-осетин, но мы ограничимся только кадровыми офицерами.

Все вышеназванные офицеры – терские казаки, но в частях ТКВ служили и числились офицеры-осетины, не являвшиеся казаками.

Многие из них всю жизнь прослужили в ТКВ и их судьба неотделима от него. В первую очередь это начальник 2-й Кавказской казачьей дивизии генерал-лейтенант Дмитрий Абациев (приписной казак по станице Николаевской), командующий 1-й Туркестанской казачьей дивизией генерал-майор Афако Фидаров, состоящий при войсках Кавказского военного округа генерал-майор Иосиф (Созурко) Хоранов, полковник Василий Хетагуров (в 1914 году принят на службу из отставки), ротмистр Кирилл Кудзаев, подъесаулы Михаил Газданов (состоял в комплекте полков ТКВ), Николай Бигаев (адъютант, затем командир Конвоя Главнокомандующего войсками Кавказского военного округа), Михаил Хоранов (офицер 1-го Верхнедудинского полка Забайкальского казачьего войска), Алексей Габулов (служил в полицейской страже в Закавказье), Александр Хетагуров (офицер-воспитатель Вольского кадетского корпуса) и Константин Хетагуров.

Феликс КИРЕЕВ

(Окончание в следующем номере)

Комментарии

Комментарии к данной статье отсутствуют

Добавить свой комментарий

Ваше имя:
Код:
Комментарий: