Смутное время (Газета «Пульс Осетии»№40, октябрь 2017)

Характеризуя сегодняшнее осетинское общество, на ум приходит только одно определение — «маразм». Это именно то состояние, в котором уже долгое время оно находится. По крайней мере два десятка лет. К величайшему сожалению, с развалом СССР в подобной ситуации оказалась вся Россия. Могучая идеология СССР монолитом держала страну единой и сплоченной. Вера в светлое будущее, которое было бы несомненно, что бы теперь ни говорили, было испоганено Хрущевым и выпестованной им партноменклатурой. Заложенный им ревизионизм медленно, десятилетиями, убивал и подводил гигантскую страну к развалу. Приход Горбачева, а затем и Ельцина был, в принципе, предрешенным фактом. Не было бы их, были бы другие горбачевы или ельцины.
Смутному времени нашему нет ни конца, ни края. И в этом неспокойном, бушующем море мотает по «воле волн» утлое осетинское суденышко. С уходом первого Президента республики, к которому были прилагаемы в полной мере такие нравственные категории, как смелость, честь и совесть, осетинское общество впало в состояние, определение которому дано чуть выше. Маразм.

Настало время временщиков из той самой беспринципной партноменклатуры. Правление «выдающегося дипломата» и «гордости Осетии», ставшего Президентом № 2, оставило после себя выхолощенную и изнасилованную морально и материально республику. Убаюкивая народ заумно-монотонными и абсолютно бессодержательными речами (надо отдать ему должное, это он делал блестяще), этот «выдающийся политик и дипломат мирового уровня» возвел «откаты» и казнокрадство в республике в степень обязательных условий в системе управления и бизнеса. На чем долгие годы и зиждилось правление руководителя республики за № 3. Вот когда эта идеология со скоростью литерного поезда помчала республику к гибельному краю социально-экономической бездны. Два раза древняя Алания была на грани физической гибели — нашествие татаро-монгол и апокалиптический геноцид, устроенный Тимуром. Правление вышеуказанных «лидеров» нации подвело осетинский народ к третьему, не менее ужасному периоду нашей жизни, когда окончательно и бесповоротно мог быть решен «осетинский вопрос». На радость многим и многим «заклятым друзьям».

Трудно себе представить на постсоветском пространстве более разобщенное, аморфное и идеологически не выдержанное общество, чем осетинское. Народ, по сути, без единой веры и практически без языка. Сразу вспоминаются многочисленные радетели «исконной веры» и языка. В газетах, на телевидении они искренне и проникновенно, очень часто на осетинском «суржике», рассуждают и навязывают свое, как им кажется, единственно правильное толкование данной проблемы. И все они противоречат друг другу. Но у всех и везде проходит базовая фраза: «Нæ фыдæлтæм ахæм æгъдау уыди». Всегда хотелось задать им всем один вопрос: каких «фыдæлтæ» вы все имеете в виду? С какого периода истории нашего народа нам всем отталкиваться от наших «фыдæлтæ?» Как? — удивятся они, — всем давно известна генеалогия осетинского народа: скифы — сарматы — аланы — осетины! В таком случае хочется спросить: как быть, ведь скифы-сарматы при упокоении мужчины клали с ним в могилу умерщвленных жен, слуг, коней и т. д., не говоря уже об оружии и утвари разной. Да и аланы в какой-то степени этим занимались. Обряд «бæхфæлдисын» отошел не так уж и давно. Буквально десятилетия назад. Давайте в таком случае будем последовательными и будем придерживаться этого принципиально, если вы так рьяно на них все время ссылаетесь! Осетинский «æгъдау» — скреп нашего общества. Это прежде всего честь, совесть, порядочность, смелость и доброта. То есть то, что в нас заложил Создатель, чтобы вычленить нас из животного ряда. И бесконечно муторные споры, доходящие до маразма, о том, сколько тостов надо произносить, куда, что и как класть, все это, так сказать, вопросы «технического» характера, имеющие к «æгъдау» косвенное отношение. Истинная молитва — это простые и честные слова, обращенные к Создателю и произнесенные от чистого сердца. Почему-то это понимание веры всегда остается вне поля внимания.

Несколько веков полной изоляции в ущельях способствовало в какой-то степени сохранению нашего этноса, с другой стороны, это привело к полной разобщенности и, как следствие, разнотолкованию единой веры. Последствия этого мы пожинаем по сей день, увязая в бесконечных и бесплодных дискуссиях. В процессе этого перманентного философствования мало кто задумывался, что почти весь пантеон главных осетинских святых это… имена христианских святых. Кстати, никто из современных наших «хистæртæ» не то что бы задумывался, понятия об этом не имеет. Тому был свидетелем множественно раз. Хотелось бы напомнить этим «хистæртæ» и радетелям «веры предков», что через год, в 2018 году, будем отмечать — задумайтесь! — 1 100 лет принятия православия самостоятельным аланским государством! То есть, опять же, предками – православия! Понимаете, 1 100 лет назад! Какие еще «фыдæлтæ» нам нужны? Какая нам еще вера или религия нужна? Арийская? А кто о ней что знает? Мало кто и в общих чертах. И то в субъективном толковании некоторых ученых мужей или городских сумасшедших, которых всегда и во все времена было тьма-тьмущая. А в общем все это как беглый пересказ Остапа Бендера содержания брошюры о лейтенанте Шмидте.

Несколько слов о «Стыр Ныхасе». Когда-то мне довелось, работая там, окунуться в его систему. Организация, безусловно, нужная. Особенно в постсоветское время и особенно в маленькой национальной республике. Но, как говорится, благими намерениями устлана дорога в ад. Созданная в критический момент осетинской истории искренними и честными людьми, она была призвана консолидировать осетинское общество перед надвигающимися смутными временами. Смутные времена настали, но с консолидацией как-то не сложилось. В силу объективных и субъективных причин. Вместо этого она превратилась в безликий придаток руководящего аппарата республики с атрибутами власти в виде правительственной «вертушки» у председателя СН. Кстати о председателе. В то время это был М. И. Гиоев. Фронтовик, профессор, человек харизматичный, с бешеной энергетикой, блистательный оратор. Но даже он со всеми своими качествами не смог создать из СН идейно-нравственный генератор осетинского общества. После него организация окончательно морально умерла.

Как-то зашел на сайт организации. Ничего не поменялось. Одно и то же, типа «Оптимизация или улучшение работы квартальных и сельских ныхасов». Какая оптимизация, какие ныхасы и где, ведь никто из народа не знает и знать не хочет, кроме довольно странных людей, не очень знающих и не очень понимающих сути дела, но в силу определенного возраста носящих магический титул «хистæр» и стремящихся каким-то образом самовыразиться. Так что «Стыр Ныхас» в сегодняшнем виде это категория философская, вещь в себе. И еще. Почему-то сложилось, что «Стыр Ныхас» это в основном люди пожилого возраста. Думается, что это заведомо ложное понимание сути организации. Возможно, потому, что как-то сложилось, что слово «старость» ассоциируется у нас с понятием «мудрость». Но на практике, как мы знаем, это далеко не так. Очень часто вместо мудрости мы видим явное проявление другого качества, которое тоже начинается на букву «м».

С приходом нового председателя, конечно же, появилась надежда. Он относительно молод. Повидал мир. Мировоззренческое его понимание и знание осетинского бытия им тоже известно. Благо есть Интернет. Так что определенные надежды мы с ним связываем. Впрочем, как и понимание того, что без кардинальных изменений, в том числе и кадровых в аппарате организации с привлечением молодых, знающих и понимающих людей, его энергии окажется недостаточно и «Ныхас» так и останется категорией философской,
т.е. вещью в себе.

Батраз Таутиев

Комментарии

Комментарии к данной статье отсутствуют

Добавить свой комментарий

Ваше имя:
Код:
Комментарий: