«Зазвучит красиво и сердито имя осетинское — Чермен» (Газета «Пульс Осетии» №17, май 2017)

Строка, вынесенная в заголовок, из стихотворения, давным-давно написанного Черменом Дудаевым. Оно, наряду с другими в разное время созданными произведениями, вошло в новый сборник стихов поэта «Синяя тетрадь Мидаграбина», изданный в этом году в мини-типографии «Colibri» Национальной научной библиотеки. В предисловии к книге автор пишет: «В этом сборнике смешал стихи разных лет, написанные в разном возрасте, от 16 до 30… плохие и хорошие, слабые и сильные. Для радости тех, кто живет со мною на земле, и тех, кто будет жить после».
Прочитав «Синюю тетрадь Мидаграбина» от корки до корки, могу с уверенностью констатировать, что радостью поэт действительно заряжает, а того пуще любовью, не выше которой даже звезды. А имя осетинское Чермен ведь и впрямь зазвучало, причем уже довольно давно. Недаром говорят: поэты, сами того порой не ведая, суть пророки.
Презентация «Синей тетради Мидаграбина» прошла в большом актовом зале Национальной научной библиотеки. Народу собралось много. Виновник торжества поначалу заметно нервничал, не стал садиться рядом со старшим — председателем Северо-Осетинского отделения Союза писателей России Камалом Ходовым, он так почти весь вечер и простоял, глядя отстраненным взглядом куда-то вдаль, поверх голов («взгляд поэта неприступный и девственный», — написал Чермен Дудаев в стихотворении «Глаза поэта»). Однако, если бы не это обстоятельство, то поэт наверняка бы заметил восторженные взгляды поклонников его таланта, в том числе и милых барышень, которые не отрывали от него глаз, в то время как он смотрел куда-то вдаль… А потом самозабвенно читал стихи — гражданскую лирику, любовную. Когда после несколько подзатянувшейся первой части Чермен Дудаев вышел наконец к микрофону, зал застыл в ожидании. Гвалт аплодисментов сопровождал каждое прочтенное им стихотворение. Восторженный шепот пронесся где-то за спиной: «Смело!» Конечно, смело, откуда только слова-то такие берет, когда с горечью пишет о тех, кто торгует Родиной — Осетией, где арендуется все подряд, обращаясь к землякам в другом своем известном стихотворении «Осетинам»:

О защити себя, Аланский род!
Народом должен управлять народ,
А не знакомства, деньги и седины…
И если блеск чинов и в банке счет
Не помутили разум вам еще, —
Стряхните пыль с черкесок, осетины!

Чем еще запомнилась презентация? Неподдельным блаженством, «написанным» на расплывавшемся в улыбке лице Камала Ходова, когда он слушал стихи своего младшего коллеги по поэтическому цеху. А ведь именно Камал Хазбиевич, о чем рассказал Чермен, некогда рукоположил его в поэты. Запомнилась и красивая песня Ацамаза Макоева на стихи Чермена Дудаева «Охрой красит дождь осенний города…», исполненная талантливой ученицей Ацамаза Владимировича Нелли Гончарук. Произвело впечатление также модное дефиле в этническом стиле, подготовленное дизайнерским ателье «Аивад». Этакая живая иллюстрация к сборнику, навеянная образами любовной лирики поэта и удивительными иллюстрациями к книге, выполненными заслуженным художником РСО-Алания Фатимой Цаллаговой. Запомнились и добрые, теплые слова о поэте и его творчестве ведущего презентации, народного артиста республики Эдуарда Даурова. Впрочем, добрых и совершенно справедливых слов в адрес Чермена Дудаева — поэта, человека, коммуниста по убеждениям — в этот вечер было сказано немало. И я непременно ниже к ним вернусь.
А пока хочется сказать только одно: я полностью согласна с руководителем Северо-Осетинской республиканской общественной организации любителей книги «Книга-Центр», заслуженным работником культуры РСО-Алания Ларисой Гетоевой, верно подметившей, что в последнее время уж слишком много издается поэтических сборников, но иногда среди них попадаются и настоящие. И новая книга стихов Чермена Дудаева как раз из их числа. Как, впрочем, и три предыдущие.

«Холодная печаль Мидаграбина»

Едва ли я соглашусь с теми, кто отделяет человека Чермена Дудаева от поэта Чермена Дудаева. Я лично этих двоих не разделяю. Возможно, оттого, что часто бываю на поэтических вечерах, которые ведет Чермен, для меня поэт Дудаев — гармоничное продолжение человека Дудаева, и ни коим образом, по-моему, они друг другу не противоречат. А искренность и открытость в стихах такого сдержанного, благовоспитанного, закрытого и непростого человека, как Чермен? Да по-другому просто и быть не может. Иначе стихи вообще не стоит писать. И читать, наверное, тоже.
Я прочитала «Синюю тетрадь Мидаграбина» ровно так, как читает сам Чермен Дудаев — начиная с конца. Последнее стихотворение «Я говорю, что книга издана…», по словам пиита, дает читателю понимание того, о чем этот сборник, а первое — программное, оно определило обложку и название. Перечитываю оба стихотворения — раз, другой. И помимо моей воли выкристаллизовывается таинственный и загадочный образ той — единственной и неповторимой, что, взрывая «стихов беснующийся гейзер», стала движущей силой, вдохновляющей поэта, и шлейфом тянется органза за полынью ее походки. «Мои стихи не узнают смерти лишь оттого, что я пел тебя», — подытожил поэт. Только, пожалуйста, не говорите мне, что адресаты у стихов могут быть разные. Адресат всегда один. Это ведь еще любимый Дудаевым Есенин писал: «Мы в жизни любим только раз, а после ищем лишь похожих». Однако и она, как ее ни назови — муза, возлюбленная, воспетая в стихах, — стоит у поэта отнюдь не на первом месте. На первом, под газырями на сердце его — Отечество. И лишь потом любезная подруга, подарившая поэту «очей своих Беканский водоем».
Мне безумно нравится гражданская лирика Чермена Дудаева. Вся. Мне нравится его любовная лирика. Мне нравится… И поначалу я, как Эдуард Дауров, читая, начала составлять список наиболее понравившихся стихов (Эдуард насчитал 23 стихотворения, которые ему хотелось бы прочесть на презентации). Я же начала свой список с тех, которые уже публиковались в более ранних сборниках поэта, и радовалась им, как добрым знакомым: «Поэт-технарь» (помню, помню: «И в числе отпетых негодяев за несовершенные грехи выставлен за дверь студент Дудаев, что писал на лекции стихи»), «Не мой язык», «Офицерам военной кафедры», «Не видать уже на ветках инея…», «Скоро, я знаю, скоро…», «Прогулка по вечернему городу», «На лекции», «Мемориал» (в стихотворении перечисляются все поименно, те, что шли в поход военный, «чтоб страну избавить от врагов»), «Не смотри на меня восхищенно…», «На фестиваль “Мир Кавказу”», «Джоаккино Россини» (все ждала, что Чермен срифмует Россини с Россией, и ведь срифмовал, да как хорошо. А дальше, дальше… «Благословляя рабский труд…», «Если сердце мое хоть когда-то слезу проливало…» (трогательно и светло!), «Тетрадь», «Девушки позируют для нас…» (а ведь зрит в корень!), «Я не тот, кто пишет тебе под фотками…» (строка, в которой констатируется, что поэт был на Колымской трассе, просто подкупила, ибо я тоже там была, а все мы, как известно, ищем созвучия и потому субъективны).
А вот это короткое стихотворение просто хочется процитировать от и до:
Когда б за весь Народ пришлось
молиться,
Такие бы я подобрал слова:
Спаси от зависти, от жополизства,
От кумовства!..
Сколько в стихах поэта чувства, сколько страсти, какая в них глубина!

«Для радости тех, кто живет
со мною на земле»

Поэт, издавший сборник для радости, подойдя к микрофону, не скупился на добрые слова. Он поблагодарил за спонсорскую поддержку присутствовавшего в зале депутата Государственной Думы Казбека Тайсаева, директора ННБ, заслуженного работника культуры РСО-Алания Ирину Хайманову, которая является ответственной за выпуск сборника «Синяя тетрадь Мидаграбина» («Книга принципиально была издана в типографии ННБ, которая стала настоящим культурным центром, флагманом. И в этом заслуга директора Ирины Хаймановой»), редактору издания, народному поэту Осетии Ирине Гуржибековой («Спасибо вам, Ирина Георгиевна, за то, что эта книга увидела свет»), своему литературному крестному Камалу Ходову, иллюстратору сборника Фатиме Цаллаговой («Она сделала целую папку набросков, среди которых было множество женских образов. Талант художника позволил мне взглянуть на свое творчество с иной стороны»).
Много добрых, теплых слов в адрес Чермена Дудаева сказали ведущий презентации Эдуард Дауров («Презентация сборника стихов Чермена Дудаева, состоявшегося поэта со своими почерком, философией и особой духовностью, — это настоящее событие в культурной жизни нашего общества»), Камал Ходов («Когда-то мне дали прочесть стихи студентов ГМИ. Удивил меня тогда только один автор — Чермен Дудаев, хотя он и делал только первые шаги. Я почувствовал, что у него есть дар, та Божья искра, без которой ничего не бывает. Сейчас Чермен стал настоящим поэтом!»), министр культуры РСО-Алания Руслан Мильдзихов («Два месяца мы работаем вместе. Я счастлив, что рядом со мной такой талантливый молодой человек»), Ирина Гуржибекова («Генрий Кусов назвал Мидаграбин уникальнейшим местом на земле. Очень верное название у сборника, в нем есть “вещи”, которые ошеломляют, как водопад»), Казбек Тайсаев («Чермен очень талантливый. Но если бы он не был хорошим человеком, другом, сыном, он бы не писал такие стихи»), поэт Заурбек Абаев («Чермен в век поэзии из головы пишет, любит, верит, как любили поэты прошлого, — сердцем. Дамы и господа, читайте Чермена Дудаева!»), народный артист республики Алан Албегов («Масштаб Чермена Дудаева-поэта будет оценен через энное количество лет»), Фатима Цаллагова («Мы все счастливы тем, что у нас есть Чермен Дудаев — человек высочайшей культуры, необыкновенно талантливый, великолепно знающий поэзию»), Лариса Гетоева («Марина Цветаева считала, что главное в поэте — это единство души и глагола. Это-то единство меня и подкупает в Чермене Дудаеве. Очень нравится его гражданская лирика. Смелость, независимость, свободолюбие чувствуются в каждом его стихотворении. “С пером своим стою, как с автоматом…” — мне это нравится. Чермен — человек неравнодушный, ему не безразлична судьба нашей земли, нашего языка. Поэт он многозначный, многослойный. Его поэтический язык необыкновенно богат. Немаловажно и то, что в “Синей тетради Мидаграбина” автор стихов и оформитель, что случается нечасто, прозвучали в одной тональности») и другие.
Итог всему сказанному уже в завершение презентации подвела директор ННБ Ирина Хайманова, которая сказала: «Чермену свойственна та же ментальность, что и его поэзии. Доминирующим в его стихах является напряжение и мысли, и чувства. Это дает поэту Дудаеву право существовать не только в осетинской литературе, но и в литературе вообще. Не могу не отметить безупречный язык в поэзии Чермена Дудаева. В ней нет ни одного слова, за которым пустота. При всей своей закрытости Чермен разрешил себе быть с нами искренним. А искренность — синоним одаренности… Я думаю, этот сборник будет неким символом узнаваемости поэзии Чермена Дудаева».

Ольга РЕЗНИК

Комментарии

Комментарии к данной статье отсутствуют

Добавить свой комментарий

Ваше имя:
Код:
Комментарий: