Денег нет — будь здоров! (Газета «Пульс Осетии» №10, март 2017)

              Российское здравоохранение рушится  на глазах у всего цивилизованного мира

Опубликованный агентством Bloomberg рейтинг эффективности расходов на здравоохранение, поставивший Россию на последнее место, ясно показал, что даже «крохи», выделяемые в нашей стране на здоровье, по большей части растворяются в воздухе, так и не дойдя до назначения.

Цифры, говорящие о многом

Рейтингу Bloomberg можно верить, можно не верить — но совсем без внимания выводы агентства, давно признанного международным сообществом, оставить нельзя. Впервые в «высшую лигу» медицински развитых стран Россия попала в 2014-м, зацепившись за последнее место. В 2015-м мы сумели обойти съедаемую политическим и экономическим кризисом Бразилию, а в прошедшем году вновь заняли свое привычное последнее место.
Что это за рейтинг такой и с чем его едят? Аналитики агентства при составлении рейтинга цифры берут не с потолка — данные трех источников — ООН, Всемирной организации здравоохранения и Всемирного банка — позволяют агентству составлять среднюю продолжительность жизни, госзатраты на здравоохранение и ВВП на душу населения, из чего выводится стоимость медицинских услуг на душу населения — но лишь в странах, где ВВП выше 5 тысяч долларов на человека и продолжительность жизни выше 70 лет.
По последнему показателю Россия балансирует на грани понижения классом — впервые перешагнув 70-летний рубеж в 2014-м (70,5 года), за последние пару лет страна опустилась на отметку 70,37 года. И это при том, что госрасходы на здравоохранение увеличились со смехотворных 887 долларов до чуть менее смешных 893-х на человека в год. Вывод — на здоровье власть с каждым годом тратит все больше, а россиянин в среднем живет все меньше.
В принципе, рейтинг и наше последнее место никого (кроме наших чиновников) не удивил. Вот, например, министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова уже пеняет агентству Bloomberg на ошибки их статистики — мол, ошибочки в ваших цифрах есть. А «ошибочки», по утверждению главы Минздрава, в том, что агентство использует данные «какого-то там Всемирного банка», а не официальную статистику того же министерства. Bесь мир такая статистика устраивает, а нас нет. Только ведь ежу понятно, что министерская отчетность будет настолько «причесанной», что, может, мы там и не в семьдесят с копейками в среднем умираем, а лет в сто пятьдесят.

А глава департамента общественного здоровья и коммуникаций Минздрава России Олег Салагай посетовал на то, что агентство апеллирует лишь цифрами последних нескольких лет, не используя данных других лет. Только смею напомнить уважаемому господину Салагаю, что до 2014-го мы вообще в «топ-55» не попадали — то бишь статистика была еще более удручающей.
И, кстати, если уж говорить о каком-то прогрессе, он есть — только вот не у нас. Еще два года назад в «высшую лигу» рейтинга агентства входила 51 страна, где мы были на последнем, 51-м месте. За это время в «топ» вошли еще четыре страны, оставив Россию на последнем, но уже 55-м месте. Стоит ли нам просить учитывать данные пяти-семилетней давности?
Но изюминка нашего негатива не в том, что мы даже не пытаемся догнать серьезные развитые страны с их могучими расходами на здравоохранение (Норвегия — 9 715 долларов, Швейцария — 9 276, США — 9 146) — нонсенс в том, как, выделяя свои 893 доллара, мы даже их умудряемся не тратить на здоровье людей.

Куда, спросите вы? Да на вещи, к слову «медицина» отношения не имеющие даже близко. К примеру, многие знают директора фонда «Здоровье» Эдуарда Гаврилова как очень активного «общественника», большая часть сил которого почему-то уходит на восхваление министра Скворцовой. А тут все просто — для укрепления своих позиций у российского министра здравоохранения есть «специально нанятые» общественные деятели, которые занимаются обслуживанием интересов самой Скворцовой. Так что «общественник» Гаврилов является не чем иным, как «PR-проектом» Вероники Скворцовой, и осуществляет «медийное прикрытие» коррупционных скандалов в Минздраве, а также проводимой реформы в области медицины, оборачивающейся ликвидацией больниц, роддомов, поликлиник — особенно в сельской местности.
Что же касается рейтинга, то большая сумма, выделяемая на душу населения в той или иной стране, это еще на самый главный показатель. К примеру, Штаты при своих почти 10 тысячах на человека по среднему возрасту жизни (79 лет) находятся ненамного выше нас — на 50-м месте, а крохотная Португалия при расходах под 2 тысячи на человека и среднем возрасте 81 год — на 26-м месте. И этот момент называется просто — эффективность здравоохранения.

                                  «Роснефть», «Газпром» и Сбербанк выплатили своим членам правления по итогам 2016 года совокупно 9,7 млрд руб. С чем можно сравнить эту сумму?
                                      12,6 млрд руб. — с таким бюджетным дефицитом закончили 2016 год все регионы России.
                                      10 млрд руб. — в такую сумму оцениваются годовые затраты по подключению к интернету всех российских больниц и поликлиник.
                                      5,6 млрд руб. — столько должны составить ежегодные поступления в бюджет по плану приватизации на 2017-2019 годы (без учета крупнейших компаний, решения по которым будут приниматься индивидуально).

И это еще не предел эффективности при минимальных затратах — Турция тратит в год на человеческое здоровье почти в два раза меньше России — каких-то 500 долларов, а в рейтинге находится на 25-м месте в окружении сытых и благополучных Чехии, Финляндии, Швеции, Австрии…
А у нас, помимо того, что копейки тратятся и они же куда-то благополучно расходуются, еще и реформу здравоохранения видят не более чем в формировании системы страховой медицины — словно это панацея от всех болезней. Да и вообще, по мнению главной медицинской чиновницы страны, все у нас не так уж плохо — даже вон средняя зарплата врачей в районе 45 тысяч. Это «сильное» заявление удивило многих медиков «на земле» — хотя своя логика у Скворцовой есть. Ей на самом деле преподнесли средний показатель по зарплате врачей, и цифра 45 тысяч, когда ординатор больницы получает 20 тысяч, а главврач 8 миллионов, вполне выводимая как средняя. И это при том, что еще несколько лет назад врачи реально получали по 40, 45, 50 тысяч рублей — но после введения режима объединения больниц в той же столице, зарплаты упали в 2–3 раза. Но упали у практикующих медиков — у административного командного состава за счет объединения, наоборот, ушли под потолок.

А ведь «велосипед» реформы изобретать не надо — нужно просто посмотреть в свою историю, как в нее (в нашу — советскую) посмотрели те же британцы, которые выстроили систему здравоохранения по принципу таких ненавистных Советов, но оснащенную лучшими образцами современной медицинской практики. Национальная служба здравоохранения NHS была введена еще в 1948 году тогдашним премьер-министром Клементом Эттли. Он заявил, что медицина на 100% финансируется из налогов, а медицинские услуги будут предоставляться бесплатно всем, кто их потребует, независимо от достатка. «Мы хотим создать здоровую нацию», — заявлял чиновник.

В 80-е годы бюджет NHS пострадал от консервативного премьера Маргарет Тэтчер, экономившую на всем, но в целом организация сохранила верность социалистическим принципам — по крайней мере в том, то касается здоровья гражданина страны ее величества. И NHS до сих пор остается крупнейшей государственной системой здравоохранения в мире, ею пользуется более 90% населения королевства, и при затратах около 4 тысяч на человека в год спокойно заняли неплохое 21-е место в рейтинге при среднем возрасте 81,5 года.
Но даже им все еще недостает восточной «безотходности» — японцы расходуют 3 700 долларов на человека, а занимают в рейтинге строчку, близкую к пьедесталу, пятое при среднем возрасте 83,5 года. Да и вообще, у Востока есть чему поучиться — в первой рейтинговой десятке половина стран из Азии плюс Австралия.

893 доллара за твое здоровье?

Так что у нас минусы по всем позициям — и продолжительность жизни на грани, и расход на человека мизерный, и даже выделенные деньги куда-то выветриваются — словно пар. Понятно, что здесь присутствует ярко выраженная неэффективность расходования — нет четких линий: получил столько, потратил столько, результат такой-то. А раз нет четких линий — значит, есть возможности проведения серых схем и откровенных афер. По-другому это называется воровство.
Насчет последнего даже как-то президент сотрясал воздух, обращаясь к чиновникам от медицины: «Какие вам нужны указания, чтобы деньги у народа не тырили?», заверяя при этом, что государство свою миссию (в виде 893 долларов) по защите здоровья своих граждан выполняет в полном объеме, а значит, ворчание чинуш на нехватку денег несостоятельно. То бишь это уже они нерационально распределяют средства на медицинские услуги.
Всего лишь один пример этой нерациональности. На фоне того, как в России проходят массовые сокращения врачей, а пациенты все больше выражают недовольство качеством медицинского обслуживания, руководство Министерства здравоохранения решило озаботиться «виртуальными проблемами» и выделить почти 447 миллионов рублей на аренду электронного хранилища данных, хотя, по мнению экспертов, загрузка этого хранилища будет обеспечена лишь на 10%, то есть вполне хватило бы и 50 миллионов. В Общественной палате РФ назвали этот проект Минздрава «деньги на ветер», сама Скворцова пояснила, что «легких путей не ищет», а независимые эксперты легко предсказали этот «нелегкий путь» денег, которые по дороге распилят и… в общем, всем заинтересованным «сестрам» достанется по «серьгам».
Но, наверное, главная ошибка власть имущих — отношение к медицине как к услуге, где есть просто больные, а есть не очень платежеспособные, а не как к государственной политике с централизованным управлением абсолютно всеми медучреждениями. В такой систематизированности врач станет ближе к человеку, а схема прохождения денег — прозрачней.

Есть еще очень немаловажный момент — фармацевтика. Имелась в виду собственная фармацевтика. Она важна в любые времена — но «убитая» в девяностые, именно сейчас, когда на самом высоком уровне кричатся лозунги об «импортозамещении», у нее есть шанс на возрождение — стоит лишь захотеть. Но почему мы у себя, прикрыв глазки, продолжаем вкладываться в фармацевтические производства, которые «как бы» свои, а по сути — «дочки» зарубежных лекарственных брендов? Может, потому, что люди верят таблеткам от «Байера», а не от наших заводов? Так приучили к этому — мол, что из «совка» — «г…но», а их — самое то. Скажете, непросто это, приучать людей снова к своему? Так приучать не надо — надо сделать так, чтобы на витрине аптек были наши таблетки и их, люди сами сравнят цены, а потом и эффективность. Только чтобы наши цены были ниже, а эффективность выше, нужна конкретная целенаправленная государственная программа.
Очень дорого с нуля строить производство? Обернитесь, господа «кремлевцы», — с тех самых девяностых у нас по всей стране сотни предприятий, в том числе оборонных, где, чтобы как-то выжить, штампуют кастрюли и сковородки — вот она база для будущего «всего своего» — вложите только денежек из своих «запасников», выньте хоть сколько-то — вам и вашим детям там все равно останется выше крыши.
А ведь предприятиям ОПК вполне под силу заняться не только мелким производством, но и выпуском высокотехнологичных продуктов. В Туле, где находится один из главных военных заводов страны, на проходившей там конференции ученые вполне доходчиво поясняли: оборонка может выпускать любое, даже наисложнейшее оборудование для хирургии, травматологии, стоматологии.

А чтобы много просто не говорить, один пример. Все слышали, что такое система залпового огня «Град». Многие уже знают и про медицинский комплекс под названием «Ангел» — по своей сути, робот-врач. Спросите, какая связь? Самая прямая — тульское оборонное предприятие «Сплав» изготовило и страшнейшее орудие убийства, и спасающий жизнь аппарат. Да, «Ангела» оборонщики делали совместно с учеными из МГУ — но ведь на то и ученые, чтобы придумать, а заводчане — чтобы произвести на свет. Жаль только, случаи эти единичны, да и результат это скорее энтузиазма конкретных людей «на земле», а не конкретной государственной политики.

Да и как бы дорого ни обходились медицинские предприятия с нуля, все-таки они иногда на свет появляются — правда, лишь на бумаге. Кировский завод по переработке крови, стоивший федеральному бюджету 7 миллиардов рублей, строительство которого находилось под непосредственным «надзором» Скворцовой, абсолютно безнадзорно был превращен в долгострой. Интересно, что Кремль не стал пытать «своего» человека-министра на предмет, куда делись те 7 миллиардов, а выделил еще полтора — типа, достройте уж. И полтора проглотили, где-то попилив по дороге, и не подавились…

Не виноватые мы…

Так что ситуация заботы государства о здоровье своих граждан у нас такова — российская система медицины позволяет зарабатывать «бабки» владельцам страховых компаний, присосавшихся к ФОМСу, чиновникам, отвечающим за госзакупки, банкам, проводящим транши, ну и, конечно, частным клиникам, куда бегут люди от очередей и бедлама в государственных поликлиниках и больницах.

Госзакупки вообще отдельная тема. Сколько стрел, помнится, было выпущено в прошлого министра здравоохранения Татьяну Голикову, которую из-за ее лоббизма в закупках препарата от гриппа «Арбидол» откровенно подозревали в получении финансовой прибыли от его продаж по стране. И лишь потом выяснилось, что «рекомендательное письмо» по «Арбидолу» подписала тогдашний зам. Голиковой Вероника Скворцова, которая уже в бытность министром откровенно «арбидолизировала» все лечебные учреждения.
В общем, есть все в нашей медицине, кроме исполнения главной цели — собственно, лечения человека. Что-то на уровне «если поправится — так сам, если умрет — чего деньги тратить». Этакий план утилизации болящего населения от Минздрава — еще немного, и в целях экономии всех не очень здоровых граждан будут в пропасть сбрасывать, как это делали с больными малышами в древней Спарте.
А на фоне массового сокращения врачей и лечебных учреждений, которых по плану Минздрава за ближайшие несколько лет должно стать намного меньше (больниц на 11%, поликлиник на 7%), в скором времени и сбрасывать человека никуда не надо — сам помрет, не дойдя до поликлиники, раньше находившейся в ста метрах от дома, а теперь в другом районе.

Счетная палата утверждает, что после сокращения 90 тысяч медиков и реорганизации трех сотен учреждений доступность медпомощи сократилась, а объем платных медуслуг вырос почти на четверть. Количество умерших в стационарах выросло за год на 3,7%. 17,5 тысячи населенных пунктов в России не имеют медицинской инфраструктуры, а сроки ожидания оказания медпомощи в некоторых регионах превышают необходимые в два и более раза.

Не это ли результат провальной деятельности руководства Минздрава и конкретно госпожи Скворцовой? Видимо, она и сама понимает шаткость своего положения — не зря же министерство, в названии которого есть слово «здравоохранение», то есть охрана здоровья, тратит 55 миллионов на одно лишь формирование положительного образа российского здравоохранения. Этакий очередной опиум для народа. А вот человек в шесть утра приходит в поликлинику, где очередь за талонами начинается в пятидесяти метрах от входа… и весь «положительный образ» как рукой… Понятно, что один человек, пришедший на смену другому, в одночасье не решит все проблемы — но если для госпожи Скворцовой, откровенно убивающей медицину, главное вовремя прикрыть з…цу за счет очередного многомиллионного пиар-хода, может быть, стоит дать шанс кому-нибудь другому. Вдруг он придет чтобы… работать?


Дмитрий МИХАЙЛОВ
«Общая газета»

Комментарии

Комментарии к данной статье отсутствуют

Добавить свой комментарий

Ваше имя:
Код:
Комментарий: