Удивительное — рядом (Газета «Пульс Осетии» №29, август 2016)

1. «Какое-то странное название улицы — Триандофилова. Он революционер или писатель?» На этот вопрос, мне сначала показалось, легко ответить, так как помнила старую военную песню: «Лег Триандофилов, бел, как воск. Рядом — командиры летных войск. Ход на миг замедлив, тяжело задевал пропеллер за крыло…»
Значит, герой-летчик. Но в Совете ветеранов мне сказали, что был еще другой Триандофилов — в середине 30-х годов инициатор применения на фронтах танковых войск. И где истина? Пройдет еще полвека, и будут спрашивать: а кто такой Ватаев? А Мамсуров? Вроде не принято, но, может, в начале каждой улицы, носящей знаковое имя, на доме № 1 рядом с фамилией коротко — кто и когда жил? Дорого? Но память — дороже. А то недавно гости из Астрахани допытывались у прохожих около Национальной научной библиотеки: кем был Арсен Коцоев, памятник которому стоит у здания, да и улица его имени… Кстати, на памятнике — тоже: только имя и даты.

2. Интересно, когда мировое, российское, московское сообщества задумывали международный конкурс чтецов (1-й тур прошел на днях во Владикавказе), кто подсказал им это стоматологически-пищеварительное название — «Открой рот!»? А до этого, полагали, рты всех участников были закрыты и разговаривали они жестами? Грубое до неприличия название украшало российские и местные СМИ. Вот бы вовремя «закрыл рот» тот, кто первый предложил всем его открыть… А может, это просто неточный перевод с английского вполне нормальной фразы?

3. Не впервые во многих изданиях, а иногда в одном и том же, встречаются разные написания: «нартский» и «нартовский». Эпос, игры, герои, сказания, обычаи… К этим существительным, конечно же, больше подходит первый вариант. Нартский эпос — это правильно, гордо, красиво. Нартовский — размыто и опрощенно. Сторонники второго варианта ссылаются на авторитет Васо Абаева: дескать, так произносить он велел. Но ведь мы говорим — удмуртский, а не удмуртовский, осетинский, а не осетиновский, курдский, а не курдовский, скифский, а не скифовский… Одно из первых изданий эпоса в 50-х годах называлось «Осетинские нартские сказания». Да будет так!

4. Ура! В Год кино — новый фильм, да еще — научная фантастика, жанр, коего осетинское кино еще не пробовало ни на слух, ни на вкус, ни на ощупь. Мое авторам уважение! Но — и удивление: в одной из местных газет участник съемок подчеркивает, что фильм рождается людьми «без всякого специального образования, на голом энтузиазме и почти без финансовых возможностей». Ну, ребята, воистину — фантастика! Такой факт достоин, пожалуй, войти в Книгу рекордов Гиннесса под названием «Великое — от дилетантов».

5. Смотрим телевизор… Женщина из средней полосы России рассказывает о соседе: «Евойные поступки недостойны взрослого человека…» Кто-то из членов моей семьи морщится: «Кошмар — “евойные”… Нельзя сказать — “его”?»
О великий, могучий… Я писала уже однажды, что мудрый простой народ иногда правильней расставляет грамматические акценты, нежели ученые. «Его эта шапка греет — правильно: его (при произношении — ево). А если — чья шапка? Напрашивается прилагательное с мягким окончанием, то есть — «евойная». И легче, и проще. Так же как «ихние дети», «всехние мысли»… (учти, читатель: это мой эксклюзив для взрослых; ребенок мне двойку в журнале не простит). А вы, филологи, простите «филолуха», но вдруг он прав?

6. Жоржу Дюмезилю — слава, слава — Васо Абаеву, слава — Коста, слава — Леониду Семенову, литературоведу, этнографу, историку, которому недавно посвятила страницу главная газета республики: ведь именно он исследовал творчество К. Хетагурова, Нигера, Елбыздыко Бритаева… Но кто, когда и где (по-моему, только Борис Хозиев) будет исследовать нынешнее состояние нашей литературы? Кто скажет не информационно, а подробно и профессионально о творчестве современных писателей или о победах и бедах осетинской драматургии, о наших театрах, в статьях о которых весьма редок глубокий анализ — одни хвалебные оды…

7. Слегка примыкает к этому моему «удивлению» и такой факт. Молодая поэтесса Азита Тлат (Анжелика Такулова) издала в прошлом году (изд-во «Перо и кисть») маленькую книжку для детей — «Лучик солнца» с симпатичными, легко запоминающимися стишками и иллюстрациями. Сама мама двух маленьких детишек, она вынуждена была занять 175 тысяч на издание, и теперь их надо отдавать. Попыталась попросить в нескольких министерствах, чтобы помогли ей, закупили хоть часть тиража для школ и детских садов (известно, что из книжных магазинов детские книжки не часто к детям попадают). В одном министерстве ей сказали, что им книжка не понравилась, в другом — что нет денег… Как же развиваться молодым писателям, как находить дорогу к читателю? Вот уж воистину, как пишет Азита, «в клетках тесных жить зверятам не полезно». А вот литераторы живут — в тесных «клетках» безденежья.

8. Удивительно, но факт: долгожительница прессы — «Комсомолка» вот уже шестой или седьмой номер подряд муссирует, что оставила после себя Жанна Фриске, сколько денег и кому. Эти кошмарные «танцы на могилах» возлюбили и пресса, и телевидение. До каких пор?

9. В книге Василия Наскидаева «Мудрость и терпение», где не просто документальные рассказы, а и призыв публициста, мироощущение поэта, заветы воина, есть несколько удивительных строк, которые явно неизвестны большинству жителей Осетии. Екатерина Вторая говорила об осетинах, что «никогда Вселенная не производила человека более мужественного, положительного, откровенного, гуманного, доброжелательного, великодушного, нежели скиф-осетин». Насчет вселенной явный перебор, но читайте дальше: «…он далек от всякой хитрости и притворства, его прямодушие и честность защищают его от пороков… У него врожденная уступчивость по отношению к родителям и старшим, он быстр, точен и верен…»

Вот бы нам попытаться соответствовать… Вот бы нашей молодежи перечитывать иногда эти строки и спрашивать себя: а я какой? Ведь перечисленное, в общем-то, должно присутствовать в нормальном человеке любой национальности.


Ирина ГУРЖИБЕКОВА

Комментарии

Комментарии к данной статье отсутствуют

Добавить свой комментарий

Ваше имя:
Код:
Комментарий: